Сладкие, добро пожаловать на форум
«Псы Норвегии»

Норвегия – удивительная страна. Тут можно увидеть северное сияние, осмотрев местные леса и озера ты поймешь, что раньше никогда не видел ничего подобного, ледники и фьорды завораживают своим величественным видом. Местные стаи и группировки хранят свои секреты... легенды о духах в этих местах стали популярнее снежного человека, а загадочность лесов стала манить еще сильнее.

Сладкие, добро пожаловать на форум
«Псы Норвегии»

Волки: демонический лес Солнце встанет, когда ты будешь чист разумом.
Коты-воители. Солнце и луна. Fables of Ainhoa
http://s019.radikal.ru/i636/1708/43/a43c5a5c9bf5.gif

Псы Норвегии

Объявление

ADMIN TEAM





BLOG BY Иисус



Я таков, каким вы меня сделали, и если вы называете меня бешеной собакой, тупицей, борцом с пиццей, то учтите, что я — зеркальное отражение вашей кошки. Было бы здорово, если бы кто–то ответил мне, зачем мне все это. Что послужило для этого поводом; потому что у меня подходящего ответа нет.
ACTIVE





BEST POST



- Эй, пройдоха! – голос рыжей псицы прозвучал как-то намеренно громко. Ирен медленно присела поодаль от темной собаки, хотя взор ее невольно все же скосился в сторону идеально вычесанной «куколки»-афганки. продолжение
WANTED






TOP



Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Волшебный рейтинг игровых сайтов
NEWS



30.07.2017 Всего один месяц остался
Дорогие игроки, есть немножко новостей)
Игра ведется, ждем вас из отпусков, каникул, а так же скоро начнется перекличка.

IN GAME



Дата игры: 17.06.2015 год. 23:00
Погода: С середины июня начинается самое лучшее время для прогулок среди фьордов и гор. День становится длиннее, а солнце светит ярче. Температура днем достигает +19, а вечером около +7. Купаться пока рановато, ведь море еще холодное.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Псы Норвегии » Воспоминания прошлого » Ночь перед рождеством


Ночь перед рождеством

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Участники:
Бастиан | Фокс
Время:
Полтора года назад. Приблизительно ночь с 24 на 25 декабря 2013 года.
Место | Погода:
Где-то на окраине города. Узенькая улочка, место скопления местных ворюг и прочего хулиганистого сброда. Холодно, около 10 градусов ниже нуля. Переулок покрыт снегом, недавно отбушевала метель, однако ко времени действия погода наладилась - на улице стоит мертвая тишина.
Сюжет | Цель игры:
С тех самых пор, как юный Себастиан вырвался из рук собственного хозяина, прошло не больше недели. Уже не первый день он скитался по окраинам города, встречая косые взгляды уличных воспитанников, и пытался выжить в этих абсолютно новых ему условиях. Тем временем на просторах родного переулка после затяжных прогулок по разукрашенному центру объявилась местная воровка – Ирен Фокс. О том, как встретятся породистый потеряшка и ярая ненавистница городских собак, а так же о начале их дружбы в канун Рождества мы и будем слагать историю. Прямо здесь и прямо сейчас.

Отредактировано Фокс (2017-07-23 22:14:29)

+1

2

Знобило. Его знобило. Короткая жёсткая шерсть совсем не защищала от холода. Осунувшиеся бока неровно вздымались. Когда последний раз он ел? Пару дней назад? Кто-то бросил жалостливому пёсику частично засохшую корку. Бастиан растягивал удовольствие, сколько мог. Наверное, с час он вгрызался в хлеб, обсасывал его и смаковал крошки во рту. Та еда, которую ему давал хозяин, сильно пахнущая, надолго оставляющая вкус на языке, вызывающая жажду, казалась такой далёкой. Раньше он пренебрегал ею, недоедал, раз в три дня ожидая настоящего куска мяса. Теперь он бы умял десять мисок той "не мясной" еды.
Живот скрутило. И в этой тишине улочки раздалась, казалось, такая громкая жалоба его желудка. Бастиан прижал уши к голове. Несколько дней скитаний были направлены лишь на поиски пищи и безопасного ночлега. Эти места совсем не были похожи на те, где он прогуливался с хозяином. Здесь всё пахло по-другому. И выглядело. И собаки здесь были преимущественно одни. Без людей. И они были похожи теперь на него - тоже худые, подозрительные, молчаливые. Совсем другое общество. Но одно отличало Себастиана от этих бродяг. Он боялся. Да, здесь будто прямо в воздухе витала опасность. Местные псы, с которыми он встречался, будто взглядом предупреждали "проходи мимо, даже не думай заговорить". А Баш был лишь потерянным подростком в этом совсем незнакомом мире.
Но несмотря ни на что он не собирался возвращаться обратно. Ни голод, ни тоска по матери не могли заставить его вернуться в жилище человека. Пусть тёплое, надёжное, безопасное... Но это был не его дом. Здесь Бастиан хотя бы чувствовал себя хозяином своей жизни. Хотя, видимо, и не долгой.
Пёс приблизился к куче какого-то хлама, который был незатейливо упрятан в проулке между двумя домами. Здесь были баки, коробки, какие-то пакеты, всякий хлам, который люди непонятно откуда брали. У них всегда было много отходов. Однако Себастиану это было даже на лапу - иногда люди выбрасывали вполне съедобные остатки пищи. Сейчас, когда каждая кроха была даром свыше, это особенно удивляло Баша. Неужели они настолько глупые. Если не можешь съесть еду, отложи её про запас. Вновь Бастиан принюхивался к куче хлама, раздвигая лапами преграды. Ему чудился запах колбасы. Или не чудился?
Пёс настырнее протиснулся вглубь мусорных баков, пытаясь отыскать источник аромата. Вдруг внезапная боль пронзила лапу. Баш взвизгнул и отскочил обратно на тротуар улочки. На свежем снегу появились тёмные капельки. Он развернул лапу подушечкой вверх и разглядел на ней порез. А в нём сверкало небольшое стеклышко. Себастиан попытался, облизав языком лапу, очистить ранку. Но тщетно.
Бастиан на трёх лапах доковылял до другой стороны улицы, где под козырьком у входа в здание было меньше снега. Пёс присел и снова попытался вынуть осколок из подушечки лапы. А если хозяин найдёт меня? Тогда я не смогу убежать. Нужно как-то достать это стекло. Или осесть. Да, нужно спрятаться!

+1

3

Окраина. Вот оно – место, где скапливаются страх и разочарование. Место, где никогда не слышатся теплые приветствия и никогда не мелькают доброжелательные взгляды. Длинные и узкие закоулки, полные тишины и мрака, лабиринты страданий и ужаса, земной Аид. Так говорят об этих местах. Говорят, потому что боятся, а боятся только потому, что так положено. Потому что кто-то однажды сказал, что мир биполярен и то, что окутано во мрак, всегда будет неискоренимым злом, умопомрачающим и опасным… Неотъемлемым от их концепции Вселенной.
И все было бы в этой концепции стройно. Прямо здесь и сейчас, глядя на плохо освещенный тесный проулок, можно было бы с уверенностью закивать головой и сказать – да, мол, это определенно самое худшее место на земле, местно, лишенное счастья, так оно и есть! Можно было бы так сказать, если бы не одно «Но» - смех, эхом прокатившийся в полутьме.
Это был протест всему мирозданию. Одинокий голос счастливчика, всплеск беспричинного счастья. Этот смех не внушал ужаса, он не был ни безумен, ни истеричен, ни угрожающ. Все, что в нем чувствовалось, – это безудержная, беззаботная радость жизни с привкусом уже окончившегося веселья.
Смех переполнявшего дух восторга и ликования.
Фокс легко встряхнула рыжими ушами. Перед ее глазами все еще мелькали яркие огоньки центрального района, и она не сразу сообразила, что погрузилась во тьму окраинных земель. В ее голове туманно звучала музыка шипящих колонок, вывешенных на столбах, и случайным фейерверком возникали самые тривиальные шуточки, которыми потешалась ее компания всего пару часов назад. На языке чувствовался многослойный вкус самых разных колбас, а на шерсти осел странный сладковатый запах…
Нет-нет, она была определенно в трезвом уме! Фокс не любила баловаться сахаром, зная, как тяжело его бывает достать и какова цена такого удовольствия. Но не все в круге ее общения разделяли это мнение, а потому в канун Рождества каждый баловался всем, чем только мог.
Это было время настоящего изобилия. Люди в Сочельник бывают на удивление щедры – если, конечно, уметь правильно шарить по карманам. А Фокс умела. Она знала, что даже самое прижимистое жмотье в это время, будто будучи под действием какого-то дурмана, теряло свою бдительность и могло легко оказаться под контролем воров и попрошаек. Так стоило ли говорить, что разбредшееся по домам хулиганье сегодня отъелось на славу?
Пытаясь унять собственный хохот,  без того уже звучавший как-то приглушенно и сжато, Фоксли обернулась и с улыбкой оглядела дорогу, по которой пришла. Всего пару минут назад там еще мелькал бесцветный силуэт лохматого пса, проводившего ее до поворота, но теперь лишь многоцветный поток света обрамлял стены жавшихся друг у дружке домов. Собака глядела на отблески огоньков с необычайной теплотой и детским восторгом, в который раз проматывая в голове воспоминания о сегодняшнем дне. С каждым разом они нравились ей все больше и больше.
- Обожаю Рождество! – наконец заключила Фокс, ликующе гавкнув в воздух, и полугалопом-полурысью стала углубляться внутрь улицы. Она не боялась мрака окраины. Она была ее частью.
Как говорят, своя в доску.
Конечно, понадобилось время, чтобы переполошенная душа наконец уложилась, как надо. Тогда только прижимистый раскатистый смех превратится в череду коротких смешков, а затем и совсем угаснет. Теперь Рыжая осматривала переулок молча, несколько устало, лишь с отблеском улыбки на черничных губах. Здесь всегда было тихо, и ей почему-то нравилась эта тишина. Как дом, в котором тебя всегда ожидает спокойствие. Пускай и весьма сомнительное.
- Эй?
Этот возглас, тихий и приглушенный, раздался невольно. Раздался тогда, когда в сумерках под припорошенным снегом навесом она увидела тень. И  эта тень показалась ей странной. Фокс стерла с морды улыбку и слегка склонила набок голову, будто ожидая, отзовется али нет. Глаза стали постепенно привыкать к темноте. Фоксли с усердием ловила незнакомые очертания пса на отдалении.
«Это еще что за кадр?» - с любопытством подумала она и, в конечном счете, решилась на приближение. Картина, которая ей открылась спустя несколько шагов, отдавала отчаянием и обреченностью.
- Ну надо же, - в голосе суки послышалась усмешка. Рыжая с интересом разглядывала «голое» тело подростка и его зашуганный вид, казавшийся ей откровенно нелепым и уж совсем не знакомым.
- Какие морды тут обитают… Что, жизнь не пожалела, Породистый?

+1

4

Снег рядом с рыжим псом всё чернел и чернел от капающей крови. Боль усиливалась, порез обдавало холодком, хотя кровь уже начинала запекаться. Взор затуманили слезы, накатившие от острой боли, а ещё от безысходности и тщетности ситуации. Здесь и так жизнь была не сахар, а если Баш ещё и потеряет способность ходить, то это будет крах. Скорее всего, его жизни. Так. Хватит распускать нюни. Ты вырвался на свободу,
и теперь приспосабливайся. Если понадобится, будешь на трех лапах скакать,
- пёс пытался мысленно себя подстегнуть. У него получилось. Он махнул головой, стряхнув влагу с глаз и вышел на свет луны. Наверное, только гордость и убежденность в правильности своих поступков давали Бастиану шанс выжить на суровых улицах Окраины. Всё-таки сила духа - мощная вещь.
Себастиан тряхнул лапой, чтобы очистить её от крови, мешавшей обзору, и ещё раз разглядел стеклышко, врезавшееся в подушечку. Оно слегка торчало из ранки, и это навело пса на внезапную интересную мысль. Но воплотить в жизнь он её не успел, так как резко обернулся на звонкий оклик. Баш сощурился, разглядывая некрупную собаку, непонятно как подошедшую так близко. Видимо, Бастиан был слишком увлечен своими проблемами.
Рыжая сука усмехнулась и подошла ещё ближе к подростку. Себастиан инстинктивно ощерился, предупредительно рыкнув. Он уже успел усвоить местные нравы. Здесь не терпели слабых, считали их недостойными и так редкой еды. Поэтому нужно было показать свою силу и независимость.
- Какие морды тут обитают… Что, жизнь не пожалела, Породистый?
Баш почувствовал, как шерсть на загривке начала вставать дыбом в ответ на презрительные усмешки рыжей незнакомки. Что ей нужно? Хочет поиздеваться? Сейчас Баш вряд ли смог бы ей противостоять - он вообще плохо может стоять с раненой лапой, а вот, если бы этой неудачи не случилось, пёс дал бы ей отпор и может даже победил, если бы постарался.
Но по виду рыжей нельзя было сказать, что она ищет драки. Скорее, наоборот. По крайней мере, она выглядела более миролюбивой, чем те, кого Бастиан видел до этого.
- Всё со мной нормально, я там, где и хочу быть, - отрезал пёс и снова глянул на лапу. Надо ей доказать, что я не беспомощный.
Себастиан подошёл к стене, оглядел в ней выпиравший кирпич и прислонил раненую лапу к его краю, как бы подцепив краем осколка. Резкое движение лапой - и осколок, слегка порвав край раны, вышел из неё и упал в снег. Он оказался чуть больше, чем думал Баш. Пёс гулко рыкнул, стиснув зубы, и затем облизал лапу, останавливая возобновившееся кровотечение. Вот и всё. Оно заживет скоро. Утром даже смогу дойти до большой улицы, может, снова бросят что-нибудь.
Бастиан снова взглянул на незнакомку, гордо подняв подбородок. Надеюсь, она поняла, что я не зашуганный щенок, потерявший своих хозяев, и сам могу о себе позаботиться. На мне она не отыграется.

+1

5

Его попытки выставить собственные клыки напоказ не произвели на Фокс ровным счетом никакого эффекта. Она медленно опустила на землю свой бурый круп и проницательными смеющимися глазами уставилась на оголодавшего и продрогшего подростка. Видок был, надо сказать, тот еще. Мысленно Фокс с благоговением отблагодарила свой род за то, что у нее вообще есть шерсть. Но если у нее были все поводы радоваться, то у этого несчастного таких поводов было гораздо меньше.
Даже несмотря на то что резонное замечание пса говорило совершенно об обратном.
- Вот как?
Бурая собачья бровка иронично вскинулась. Фокс не стала продолжать, глядя, как воинственно встрепенулся породистый сразу после собственных слов, чем напомнил ей вздувшегося воробья – только до неприличия общипанного. Она тактично поджала губы, крайне внимательно наблюдая за действиями вислоухого. К своему удивлению, она не нашла их даже малость бессмысленными. В конце концов, он нашел выход из ситуации, которая должна была, по ее прогнозу, загнать его в угол.
«А ты не так безнадежен, как казалось бы, доходяга».
Гордый вид молодого кобелька позволил ей сдержанно просмеяться и покачать головой.
- Неплохо, породистый, - Фокс мило оскалилась. – Ты меня убедил. Ты там, где и хочешь быть.
Она вычеканила эти слова с какой-то особенной отчетливостью, словно диктовала монолог для печати. Вследствие этого последняя фраза прозвучала даже слишком строго, но вслед за этим вытекала и легкая ирония.
- И коль так, - сука деловито пожала плечами. – Выходит, мы с тобой почти семья, не правда ли?
Она простодушно оглядела уходящие в темное небо верхушки осыпающихся стен.
- Впрочем, ты не поймешь. Слишком долго объяснять…

Вдалеке еще тлела нескладным потоком звучная песнь. Яркие огни города не проливались через плотные стены улочки, но их отблеск читался в легком мерцании над громоздкими черными крышами. Где-то свистели тормоза машин. Где-то – очень редко – мелькали голоса перебравших с алкоголем людей. Фокс рисовала их силуэты в своей памяти и впервые задумалась, что для них мог бы значит тот день, в который они устраивают такое веселье?
- Ты в курсе, что такое Рождество, пес? – собака плавно скосила глаза в сторону незнакомца. Язвительное выражение пропало с ее морды, и без змеящейся лисьей улыбки Фокс казалась гораздо симпатичнее. Она рассматривала бесхозного подростка уже не как объект насмешек - ей вдруг показалось, что у нее слишком хорошее настроение, чтобы портить его кому-нибудь другому. Теперь в ее глазах осталось лишь умиротворение и скрытое наслаждение моментом.
Следующее Рождество было так далеко...
"Что заставляет людей выделять этот день среди всех остальных?"
Ей только предстоит найти ответ на этот вопрос.
Фоксли выдохнула белую струйку пара и поднялась с места.
- Ну что, голоден, Тот-кто-хочет-здесь-быть? - она беззаботно встряхнула ушами.

+1

6

- Неплохо, породистый. Ты меня убедил. Ты там, где и хочешь быть.
Себастиану не очень-то нужна была похвала этой суки, но гораздо важнее было ей доказать, что насмехаться над ним у неё нет оснований. Пусть Баш выглядел чужеродным элементом на окраине, оставался белой вороной, но он собирался выжить здесь. И чтобы план удался - нужно было доказать местным, что этот пёс ничем не хуже них. А может и лучше.
- И коль так, выходит, мы с тобой почти семья, не правда ли?
Бастиан неопределенно махнул головой. Он не считал, что всех псов, живущих на Окраине и довольных своей жизнью, можно было назвать семьёй. Что-то я не видел здесь крепкой родительской или братской любви. Все будто сами за себя.
- Впрочем, ты не поймешь. Слишком долго объяснять…
- Я знаю, что такое семья, - Бастиан хмуро глянул на рыжую исподлобья, - и все, кого я тут встречал, не были похожи на любящих членов большой дружной семьи.
Новая знакомая уже не выглядела той, кем показалась вначале - сукой, что хотела лишь посмеяться над ним, скалящейся, как и все местные, не вызывающей доверия. Будто Баш прошёл какую-то быструю проверку, доказав, что его жизнь чего-то да стоит. Что на Окраине он не чужак. Свой.
Теперь рыжая с каким-то умиротворённым добродушием бросала взгляды то на Баша, то куда-то в даль. Её уши подрагивали, отвечая на приглушённые звуки соседних улиц. Себастиан слегка успокоился, тоже перестав недоверчиво на неё коситься, теперь лишь иногда бросая любопытные взгляды. Может, и не все здесь голодные злющие хищники, готовые порвать за упаковку от колбасы.
- Рождество? Нет, впервые слышу.
Да Бастиан-то и снег увидел впервые несколько недель назад. Ему ещё предстояло пережить эту первую в его жизни зиму, к тому же, в таком неприятном месте, как Окраина. Несомненно в теплой квартирке с регулярным питанием это было бы сделать куда проще. Но мысль о жизни взаперти претила псу, и он выбрал зиму на Окраине. Так тому и быть.
- Ну что, голоден, Тот-кто-хочет-здесь-быть?
- Я Себастиан, - пёс поднялся следом за своей новой знакомой. - Можешь называть меня Бастиан, или Баш. Если у тебя так много еды, что ты жаждешь меня угостить, я не откажусь, - усмехнулся Себастиан.
Это было маловероятно. Ещё он не встречал тут пса, у которого не торчали бы ребра. А может эта сука покажет ему место, где всегда есть чем поживиться? Это было бы неплохо. Возможно, вероятность того, что Баш выживет этой зимой на Окраине, зависела именно этой этой рыжей суки.

+2

7

Фокс насмешливо вскинула бровь.
- Честно? – в ее голосе почувствовалась легкая ирония. – Еды  немного. Практически нет. Я бы даже сказала, совсем нет. И в то же время…
Сука заговорщицки прищурилась и, помедлив, плавно подалась вперед. В задорном огоньке ее глаз читалась беспричинная радость, а от шерсти все еще веяло приторно-сладким ароматом, отдаленно напоминающим сахарную вату.
- …Вся еда мира принадлежит мне, - туманно пророкотала дворняжка, пристально и заворожено заглядывая в глаза Башу. - Только лапу протяни.
Ее можно было бы счесть сумасшедшей после этих слов. Но решительно трезвый взгляд не давал совершить подобных умозаключений. Они входили в резонанс с той уверенностью, с которой она говорила, ибо это была не уверенность религиозного фанатика, а непреложное знание мастера, из года в год исправно делавшего свою работу. Она улыбалась – и в этой улыбке лучилось точное знание завтрашнего дня, как истины, которую нельзя переврать.
Воровка порхающей походкой отшатнулась в сторону, зазывая Себастиана за собой. Целый пяток хвостов разорвал расстояние между ними, а она галопом топила тонкую корочку снега на холодной тропе и довольно улыбалась, смело заглядывая в каждую темную пропасть, возникавшую прямо посреди каменных стен.
- Она принадлежит всем нам, - продолжала тем временем далекая от своего гордого рода лангхаарша, изредка прислушиваясь к шагам риджбека позади нее. – Просто не каждый способен поверить в это, а, следственно, и урвать свой собственный кусочек. Поэтому так много нищающих здесь. Они убеждены, что загнаны в угол и выхода больше нет. Уверены, что их удел – шипеть из-за углов, подобно облезлым котам, и питаться редкими отбросами. Они сами выбрали этот путь, и нам нет до них дела… Поэтому лучше ответь мне на один вопрос, Баш…
Голос собаки заметно похолодел.
- Если ты действительно знаешь, что такое большая дружная семья, как же тебя занесло в наши «недружелюбные» края? Разве семья позволила бы тебе просто затеряться среди такого захолустного отродья, как мы? Не стала бы тебя искать? Может быть, они вычесывают город в поисках твоей лысой тушки, и нам стоит ждать их с минуты на минуту?
Ирен позволила себе замолчать и теперь только внимательно вслушивалась в то, что происходило за ее спиной. Спустя несколько мгновений она чуть оборачивает морду и, не глядя на дорогу, косо пялится на кобелька. Она не совсем была уверена в том, что Баш поймет ее посыл, и знала, что придется объяснять очень долго и очень муторно, доказывая на примерах, которые он усвоит только со временем. Где-то внутри зарождалось былое отвращение к городским собакам, которые откровенно не понимали всей прелести этого мира. Мира, который Фокс видела порой едва ли не сказочным.
«Почему я должна объяснять что-то этому доходяге, который кормится с ручек своего человека?» – раздраженно думала она. Хотя понимала, что это была исключительно ее воля и ей хотелось этого, но где-то в закоулках души все равно закрадывалось сомнение – а стоит ли? Может, через день или два он наведет на ее след полицейских или собачий отлов - или и вовсе попробует обокрасть ее до ниточки, хотя Фокс точно знала: нет у нее ни гроша, ни мясной косточки за душой. Но кто знает, что будет через недельку-другую...

+2


Вы здесь » Псы Норвегии » Воспоминания прошлого » Ночь перед рождеством